Свадебное платье было кремово-белое, с едва уловимым розоватым отливом — как изнанка морской раковины. Шелковая юбка оказалась такой жесткой, что потянула за собой красный ковер, стоило Селине сделать шаг вперед, а когда она попыталась развернуться, подол остался лежать неподвижно, так что она чувствовала себя запакованной в дорогую подарочную обертку.

Жеманным голоском мисс Стеббингз воскликнула:

— Вы сделали превосходный выбор! Платье сидит просто идеально! — она произнесла это по слогам, и-де-аль-но. — Что насчет длины?

— Я не знаю — а как вы думаете?

— Давайте немного подколем… Миссис Беллоуз!

Миссис Беллоуз выступила вперед из уголка, где стояла, дожидаясь, пока ее позовут. В отличие от мисс Стеббингз, которая красовалась в шелковом платье с драпировками, миссис Беллоуз была в черном нейлоновом комбинезоне, а ее обувь сильно смахивала на домашние шлепанцы. На запястье у нее был прикреплен резинкой бархатный игольник; она встала на колени и подколола один край подола. Селина взглянула в зеркало. Несмотря на восторги мисс Стеббингз, ей не показалось, что платье сидит так уж идеально. Она выглядела слишком худой (при этом Селина точно знала, что в последнее время не потеряла ни килограмма), а теплый оттенок усиливал бледность кожи. Помада с губ стерлась, волосы открывали оттопыренные уши. Она попыталась встряхнуть волосами, чтобы они закрыли уши, но от этого крошечная шелковая шляпка, которую мисс Стеббингз водрузила ей на макушку, сбилась на сторону, а когда Селина подняла руки, чтобы вернуть ее на место, подол сместился и миссис Беллоуз с шипением втянула воздух сквозь сжатые зубы, словно случилась невесть какая катастрофа.

— Простите, — сказала Селина.

Мисс Стеббингз немедленно заулыбалась, словно спешила показать, что это не имеет значения, и доверительно спросила: